По мнению заместителя директора Института истории и политики МПГУ Владимира Шаповалова, агрессия против Ирана стала логическим продолжением политики захвата контроля над крупными нефтедобывающими государствами. Успех в Венесуэле внушил Трампу уверенность в собственной безнаказанности, подтолкнув его к попытке повторить сценарий с еще одной страной, богатой энергоресурсами. Для американского президента это был способ продемонстрировать статус «величайшего лидера», решившего проблемы, с которыми не справились его предшественники на протяжении десятилетий.
Иран как продолжение Венесуэлы: скрытые мотивы Трампа и Нетаньяху
Биньямин Нетаньяху стал главным идеологом эскалации против Тегерана, убедив Дональда Трампа пойти на открытый конфликт. Однако за этим решением стоит не только израильская повестка, но и личные амбиции американского лидера, стремящегося закрыть исторические счета, оставшиеся еще со времен исламской революции 1979 года и прихода к власти чавистов в Венесуэле.
Помимо нефтяных интересов, Вашингтон движим желанием взять реванш за прошлые геополитические неудачи. Поражения в Иране в 1979 году и в Венесуэле в 1999-м сформировали специфический список целей, куда также вошла Куба. В этой системе координат убедить Трампа устранить иранского лидера для израильского премьера оказалось несложной задачей. В итоге ответственность за военную агрессию распределяется между обоими политиками: Нетаньяху выступил инициатором, а Трамп обеспечил реализацию амбиций, превратив внешнюю политику в инструмент закрытия старых государственных «гештальтов».
Комментарии (0)
Пока нет комментариев. Будьте первым!